Ясинская яна книги

Ясинская яна книги

Она - нищая девчонка с тёмного Дария. Он - младший сын Императора Альтаира, живой залог хрупкого перемирия между их планетами. Они должны были стать врагами, но вместо этого. Любовь способна прорасти даже там, где царят безысходность и смерть.

1. Добро пожаловать в Руар! - Что это, Глэдис? - Дэус Карл - огромный, пугающе мощный Верховный воин Руара с высоты своего немалого роста с недоумением взирает на нас с Анигаем. - Надеюсь, ты пошутила? Мы не берём в Руар детей старше трёх лет. Эти же совсем взрослые. Они помнят прошлую жизнь! Они слишком хорошо знают, что такое свобода. Глэдис, они не приживутся здесь! Мы с братом стоим перед недовольным великаном. Анигай - опустив глаза. Я, наоборот, с интересом рассматриваю блестящую лысую голову Дэуса Карла с искусно сделанной на ней татуировкой змеи - точно такой же, как та, что появляется из дреда. Что толку опускать глаза? Если Верховный воин решит избавиться от нас, он всё равно это сделает. - Эта даже глаза опустить не удосуживается, - возмущается Карл, глядя на меня. На всякий случай опускаю голову. Зачем лишний раз нарываться на неприятности? Но поздно. Проницательный Дэус Карл, кажется, уже успел сообразить, с кем имеет дело. И я ему явно не по душе. - Из мальчишки, может, толк и выйдет, - Верховный воин бросает оценивающий взгляд на Анигая. Замечаю, как у брата от похвалы Карла тут же распрямляются плечи. - А вот из этой - сильно сомневаюсь. - Почему ты так думаешь? - с улыбкой шелестит Глэдис. - Взгляд больно нахальный, - отрезает Дэус Карл. - Не похоже, чтобы она умела подчиняться. Глэдис, тебе легче сразу сделать из девчонки серую прислужницу и избавить себя от лишних проблем. - И всё же я рискну. На моё счастье в Руаре последнее слово всегда остаётся за Верховной ведуньей. - Как знаешь, - фыркает Карл. - Под твою ответственность. Мальчишку я, так и быть, забираю, но при условии: никто в Руаре не должен знать о том, что они родственники. Здесь каждый сам за себя. Если проговорятся - избавлюсь от обоих. - Договорились, - отзывается Глэдис, переводя вопросительный взгляд на нас. Торопливо киваем. Мне уже нравится в Руаре - огромном замке с кучей башен и переходов, шикарных залов и тренировочных площадей. Уходить отсюда по доброй воле я не собираюсь. По крайней мере, в ближайшие несколько лет. Карл забирает Анигая. Глэдис жестом приказывает идти за ней. Пересекаем центральную площадь Руара. С нескрываемым любопытством рассматриваю огромную глубокую яму, из которой торчат брёвна, вперемешку с острыми железными кольями. По этим брёвнам ловко прыгают мальчишки-воины, сражаясь между собой на дредах. Рискованные ребята. Если оступиться и упасть, тут же будешь насквозь проткнут колом. Но их, кажется, это мало беспокоит. Рядом с ямой в светло-серых мантиях и смешных колпаках толкутся ученики-лекари. По сравнению с воинами - они все, как один тощие хлюпики. Хотя нет, среди них есть и один толстяк. Видимо, в Руаре неплохо кормят! Это обнадёживает. В Катаре толстяков почти не встретишь. Разве что только кого из чинуш. Подмечаю, что среди лекарей тоже нет ни одной девчонки. Чуть в стороне хихикают совсем юные шатеры. Им нравится наблюдать за мальчишками-воинам. А те словно специально выделываются перед ними, стараясь произвести впечатление каким-нибудь залихватским приёмом. Да. Похоже, мальчишки - они и в Руаре мальчишки. С любопытством вглядываюсь в шатер. К удивлению замечаю, что без макияжа они выглядят, как самые обыкновенные девчонки. У нас в Катаре и посимпатичнее найдутся! Это что же получается? Одень меня красиво, да лицо косметикой размалюй и я тоже ничего буду, когда вырасту? Несколько в стороне от беспечных шатер держатся ведуньи в чёрных мантиях с остроконечными капюшонами. Они все, как одна, чем-то неуловимо напоминают мне Глэдис. Вот уж кого Отар точно внешностью обидел! Носы почти у всех с горбинкой, глаза маленькие, недобрые. Губы тонкие - почти нет. Теперь я понимаю, почему ведуньи всегда такие злые. На фоне симпатичных шатер, перед которыми выделываются мальчишки-воины, не мудрено кучу женских комплексов схлопотать. Про эти самые комплексы я читала в одной из книжек по психологии, которые брала из библиотеки соседа-священника. Я там у него вообще много чего интересного поначиталась. Детских-то книг у него никогда не было, поэтому и пришлось сразу взрослые листать. Нет! Мне определённо нравится в Руаре. Даже несмотря не небольшой инцидент, который происходит, когда мы с Глэдис уже почти пересекаем площадь. Один из мальчишек-воинов лет четырнадцати всё же оступается во время учебного боя и с отчаянным криком падает на колья. Невольно замедляю шаг, глядя на то, с каким будничным видом ученики-лекари с помощью воинов снимают ещё живого руарца с железного кола. К ним тут же подходят два наставника: лекарь и воин. Лекарь быстро оглядывает окровавленного мальчика, бьющегося в предсмертной конвульсии, отрицательно качает головой, после чего воин-наставник одним точным движением дреда добивает ребёнка. Почти сразу словно из ниоткуда появляются прислужницы-тени в длинных серых одеяниях с полузакрытыми лицами. Мне видны лишь их глаза: бездумные, стеклянные, пустые. Никаких эмоций. Серые прислужницы с механической точностью выполняют приказ наставника-лекаря: кладут мёртвое тело мальчика на носилки и куда-то уносят. Не проходит и минуты, как на площади возобновляются тренировочные бои, праздные разговоры, тихое хихиканье, и лишь кровавое пятно, оставшееся от убитого мальчика на каменной брусчатке, напоминает о том, что здесь только что произошла трагедия - умер ребёнок. Но и это пятно торопливо замывает серая прислужница, незаметно появившаяся с тряпкой и ведром воды. Теперь я понимаю, почему Карл сказал, что здесь каждый сам за себя. Так что добро пожаловать в Руар, Ада. Добро пожаловать в Руар. *** - Это моя комната?! - сказать, что я в восторге - это не сказать абсолютно ничего! Как только я переступаю порог спальни в крыле шатер, где теперь мне предстоит жить, я напрочь забываю о неприятном инциденте, который произошел всего лишь несколько минут назад на площади. Отар меня побери! Да это же не комната, а настоящий дворец! Просторная, с дорогой мебелью. На полах и на стенах ковры. Спальня словно состоит из двух зеркальных половинок, в каждой из которой стоит широкая мягкая кровать под балдахином, письменный стол, кресло, большой шкаф для одежды, книжные полки, тумбочка, туалетный столик с большим зеркалом. - Твоя половина левая. Во второй живёт Мэдлин, - спокойно объясняет Глэдис. Похоже, её несколько забавляет моя столь эмоциональная реакция на новый дом. - Это что. Всё мне?! Я что, правда, здесь буду жить?! Старуха едва заметно кивает. - Ёу-у! - не выдерживаю, как сумасшедшая, кричу я. В этот момент открывается вторая дверь и комнату заходит красивая кареглазая девушка лет пятнадцати в довольно строгом тёмно-зелёном длинном платье. Она с удивлением взирает на меня, но вопросов не задаёт, потому что замечает Верховную ведунью. Незнакомка тут же опускает голову и склоняется в поклоне. В таком явно неудобном положении она замирает, как статуя. Я всё жду, когда она выпрямится, но девчонка продолжает упрямо стоять. Перевожу вопросительный взгляд на Глэдис. - Чего это её так перекосило? - Со временем ты тоже так научишься, - мягко отвечает она. - Зачем? - вопрос вылетает на автомате. Глэдис удивлённо приподнимает бровь. Чувствую на себе напряженно-изумлённый взгляд девушки. Понимаю, что, видимо, сморозила глупость. Тороплюсь исправить положение. - То есть. Я хочу сказать, что да. Конечно, научусь. - Так-то лучше. Что ж оставляю вас знакомиться. Мэдлин объясни новенькой правила Руара и. - старуха слегка брезгливо шевелит своими костлявыми пальцами в моём направлении, - . приведи её в надлежащий вид. Покажи, как работает душ. Верховная ведунья уходит прежде, чем я успеваю возмутиться насчёт душа. Да! У нас в Катаре не было ванной, но зато в доме священника она имелась. Раз в неделю я всегда наведывалась к Эвану, выставляла мальчишку из его же спальни (благо, он никогда не сопротивлялся), и часа по два с превеликим удовольствием отмокала в его ванне. Так что не надо! Я прекрасно умею пользоваться душем. Ещё раз с удовольствием осматриваю комнату. - Красота! - оборачиваюсь к уже распрямившейся девчонке, которая явно недовольна появлением в её комнате столь странной соседки. - Я Адамаск. Но можно просто Ада. Глэдис сказала, мы теперь будем жить вместе. - Не Глэдис, а Верховная ведунья! - возмущённо шипит шатера. - Как ты здесь оказалась?! В Руаре не бывает новеньких! - Всё когда-нибудь случается в первый раз, - хмыкаю я и с разбега плюхаюсь на мягкую кровать. Падаю спиной, раскидывая в руки в разные стороны. Как же мягко! Вот это я понимаю, жизнь! Это тебе не наши с Анигаем деревянные настилы в Катаре, на которых приходилось спать. - Встань сейчас же с постели! - ругается соседка. - Ты же грязная! Всё замараешь! - И ничего я не грязная, - на этот раз уже меня захлёстывает возмущение. - Я мылась совсем недавно! Перед. Вообще-то, мылась я перед "свадьбой". Если так можно назвать наше странное венчание с мальчишкой-альтаирцем. Но, думаю, вредной Мэдлин не обязательно об этом знать. - Иди за мной! - командует выскочка и направляется к той самой двери, из которой недавно вышла сама. С недовольным видом плетусь за ней. Делаю это, вовсе не потому что я такая послушная. Просто мне очень любопытно, что там за дверью. Оказывается, настоящая ванна! Вот повезло - так повезло! - Здесь холодная вода, а здесь горячая, - начинает объяснять Мэдлин. Беззаботно перебиваю её. - Я и без сопливых прекрасно знаю, как этим пользоваться, - подхожу к ванной, нажимаю наугад на рычажок и тут же получаю на голову порцию холодного душа. М-да. Немного не подрасчитала. Ну, ничего. Разберусь. Мэд высокомерно хмыкает. Вручает белоснежное махровое полотенце. Затем, исчезнув на пару минут, приносит платье и бельё. - Надеюсь, ничего здесь не затопишь, - одарив меня брезгливым взглядом, соседка выплывает из ванной. - И поторопись. Ужин через полчаса. О да! Ванная с горячей водой, да ещё еда, за которую, похоже, не надо платить! Да я о таком и мечтать-то не смела! Нет! Однозначно с каждой минутой Руар мне начинает нравиться всё больше и больше. *** Мы ужинаем в огромном зале. Каждая каста сидит за отдельным длинным столом. Нам подают еду и убирают грязные тарелки всё те же серые прислужницы со стеклянным взглядом. Пытаюсь заговорить с одной из них, но бесполезно. Девушка в сером одеянии, словно не видит и не слышит меня. - Ты что, с ума сошла? - испуганно одёргивает меня Мэд, которая даже не пытается скрыть своё недовольство тем, что ей под опеку подсунули проблемную меня. - С серыми прислужницами нельзя разговаривать! - Ну, извините! Я-то откуда знала? Ты же меня вовремя не предупредила! - огрызаюсь в ответ. Отворачиваюсь от этой зазнайки. Как, впрочем, и она от меня. С каждой минутой соседка раздражает меня всё больше и больше. А мне ещё с ней в одной комнате жить! Я, конечно, могу попробовать попросить Глэдис, чтобы она переселила меня к кому-нибудь другому, но сомневаюсь, что из этой затеи выйдет что-то хорошее. Во-первых, не хочу лишний раз беспокоить по пустякам Верховную ведунью, а, во-вторых, глядя на остальных шатер, которые даже не удосужились со мной поздороваться, сильно сомневаюсь, что хоть одна из них будет чем-то лучшей этой воображалы Мэд. На душе внезапно становится так тоскливо и одиноко, что хочется всё бросить и оказаться рядом с Эваном. Он бы меня точно подбодрил и поддержал. Можно было бы залезть, например, на подоконник и попросить, чтобы мальчишка-альтаирец сыграл на скрипке мою любимую мелодию. Или, закутавшись в тёплый плед, устроиться на диване перед камином и слушать, как он старательно читает мне вслух книгу. Вспоминаю друга и тут же стараюсь как можно быстрее прогнать мысли о нём. Зачем бередить старую рану? Всё равно мы уже никогда с ним больше не встретимся. Жаль, что мой толстокожий братец Анигай совсем не похож на Эвана. Впрочем, на безрыбье и Анигай - родная душа. Брат, конечно, у меня не эталон дружеской поддержки, но сейчас я была бы рада и ему. Бросаю взгляд в сторону стола воинов. Осторожно высматриваю Анигая. Наконец, нахожу его взглядом. Сидит в одежде воина-ученика с самого края. На какое-то мгновение наши взгляды пересекаются. Я улыбаюсь, а вот брат. Анигай торопливо отворачивается. Видимо, помнит наказ Карла - никто в Руаре не должен знать, что мы родственники. Братец не хочет ради меня рисковать своей мечтой. Вот эгоист! С каких это пор он стал играть по чьим-то правилам?! Не хочет общаться со мной - прекрасно! Я тоже не буду его замечать! Утыкаюсь в тарелку с жаренным мясом. Хочу побыстрее забыть о предателе-брате, который так шустро променял меня на Руар, но не получается. На душе внезапно становится так пакостливо и тоскливо, что я даже перестаю чувствовать вкус аппетитного рагу. Вот дожила! А ведь ещё совсем недавно я искренне считала, что в богатом и сытом Руаре я точно найду абсолютное счастье. 2. Ночной гость - Ты всё понял? Мальчишка-воин лет шестнадцати, высокий, поджарый с небольшими близко посаженными чёрными глазами кивает. Он даже не пытается скрыть от Верховного воина довольную высокомерную улыбку. - Да, Дэус Карл. - Тогда иди. Подопечный исчезает в лабиринте коридоров Руара. Карл подходит к окну. Его холодный взгляд блуждает по толпе учеников, пока, наконец, не останавливается на новенькой - на Аде. Девчонка, то и дело вертясь от любопытства, спешит вслед за недовольной Мэд после ужина в крыло шатер. - Если ты думаешь, что надолго здесь задержишься, девочка, то сильно ошибаешься, - недобро усмехается Верховный воин, глядя вслед Адамаск. *** - Поздно уже, спать ложись. Переодевшись в длинную ночнушку, Мэдлин забирается на кровать. Бросает недовольный взгляд на Аду, которая, зачитавшись книгой, всё ещё сидит за рабочим столом. - Надо же! Не думала, что чернь читать умеет, - ехидничает шатера. - Сама дура, - даже не соизволив обернуться, с откровенным безразличием отзывается Ада, перелистывая книгу. - Хм. Ничего себе, как всё перековеркали! - Ты это о чём? Девочка сосредоточено пробегается глазами по очередной странице книги. - Здесь написано, что после заключения перемирия на Дарии не осталось ни одного военнопленного. - Ты ставишь под сомнения слова главного историка императора?! - в шоке ахает шатера. - Ты вообще понимаешь, что говоришь?! Да как ты смеешь?! - А чего бы мне не сметь? - Ада захлопывает книгу, откидывая её в сторону, словно ненужную вещь. - На Дарии до сих пор полно военнопленных. - Ну, знаешь! - возмущенная Мэд даже спрыгивает с кровати. - Я сейчас же найду Верховную ведунью и расскажу ей, что ты сеешь смуту! За это Дэуза тут же сделает из тебя серую прислужницу. И тогда мне не придётся больше терпеть тебя у себя в комнате! Ответ Ады застаёт Мэдлин, когда та уже подлетает к двери. - Я родилась и выросла в Катаре, - спокойно объясняет девочка. - Часто бывала на рудниках. Военнопленных там хоть отбавляй. Не меньше, чем каторжников Дэбэра. Не веришь мне - спроси Глэдис. Старуха прекрасно это знает. - Да как ты смеешь называть Верховную ведунью старухой?! - от возмущения у Мэд перехватывает дыхание. В ответ Ада лишь нахально смеётся. - Ты сама только что назвала её точно также. Может, мне сообщить об этом Верховной. старухе? Чтобы та тут же сделала из тебя серую прислужницу и вся комната досталась мне! - ехидно интересуется новенькая. Понимая, что один Отар знает, что творится у этой странной девчонки в её бедовой голове, Мэдлин решает не рисковать. И хотя в Руаре заложить друг друга даже по мелочам считается делом первостепенной важности и всячески приветствуется (во избежание смуты), в этот раз шатера предпочитает смолчать. Разобиженная Мэд возвращается в кровать. Гасит со своей стороны ночник. Скоро ложится спать и Ада. Вот только выспаться этой ночью у девчонок так и не получается. *** Холодно. Холодно, мерзко и темно. Кровь. Да. Это запах запёкшейся крови. Как я раньше этого не поняла? А ещё истошные женские крики. Её вой. Как же они бьют меня по ушам и нервам. Затем наступает темнота и тишина. Такая страшная мёртвая тишина. Она ещё страшнее тех криков. Мне самой хочется кричать, но вдруг понимаю, что не могу. В горле парализующий ком. Чувствую, как сознание, а вместе с ним и жизнь, ускользает от меня. И только знакомый плач скрипки, внезапно доносящийся невесть откуда, заставляет меня вспомнить: всё это лишь сон. Страшный сон, который я вижу с самого детства. Пытаюсь проснуться, вдохнуть, но не могу. Хочу открыть рот, чтобы схватить глоток воздуха, но вместо этого чувствую лишь вкус подушки. И тут до меня доходит, что кто-то пытается меня задушить. Не во сне, а наяву. Ну не сволочь ли эта Мэд?! Первое желание - забиться в истерике, но вместо этого, прислушавшись к остаткам разума, наоборот замираю. Делаю вид, что уже задохнулась. На моё счастье, обман срабатывает. Давление подушки ослабевает. Усилием воли заставляю себя не схватить сразу же судорожно воздух. Потерпи, Ада, потерпи. Чьи-то тихие шаги. Точно не женские. Идут по направлению к кровати Мэд. Слегка приоткрываю глаза и вижу мужскую фигуру, которая хватает мою ещё не успевшую проснуться соседку, зажимая ей одной рукой рот, а второй. Да. Похоже, я была права, когда говорила, что все мужики не многим лучше клиентов нашей беспутной мамаши. Не долго думая, соскакиваю с кровати, хватаю стоящую на тумбочке тяжеленную вазу и прежде чем незваный гость успевает что-то сообразить, разбиваю этот цветочный горшок о его голову. К моему несчастью парень оказывается толстолобым. Не отключается, однако хватку ослабевает. Перепуганная Мэд выскальзывает из его рук. - В ванную беги, дура! - ору я. - Запирайся! Видимо, Мэд настолько привыкла в Руаре подчиняться приказам, что тут же делает всё, как я говорю. Это, конечно, замечательно, она в безопасности, но что делать мне, оставшись один на один с этим бугаём? Радует лишь одно: пацан раза в четыре мельче того кузнеца, с которым мне ещё совсем недавно пришлось иметь дело. Так что есть надежда, что с этим я тоже как-нибудь справлюсь. - Тебе не жить, - шипит он, доставая из-за пояса дред. А вот это уже действительно плохо! С парнем я, может быть и справлюсь, а вот с дредом - точно нет. Отступаю к двери, испуганно оглядываюсь в поисках чего потяжелее, но, увы, ничего подходящего так и не нахожу. Что ещё хуже - дверь оказывается запертой. Парень, видимо, заранее продумал все возможные пути моего отступления. Что ж, тогда остаётся лишь одно проверенное средство. Зря я что ли столько лет с братцем дралась? Такой прыти незваный гость явно от меня не ожидал. Вместо того, чтобы и дальше вжиматься в дверь, я резко подлетаю к парню и бью его в пах. Прежде, чем тот успевает сообразить, что к чему, выхватываю из его руки дред. На самом деле я просто хочу выкинуть его оружие в окно, чтобы убийца не смог меня им прирезать, но вместо этого происходит нечто странно-непредвиденное. Внезапно я чувствую, как дред оживает в моей руке. С одного его конца с противным едва слышным шипением выползает металлическая змейка. Я настолько пугаюсь, что теряю бдительность. Неприятель хватает меня за волосы и со всего маху бьёт головой и стол. Как же это больно! Нос разбит. Лицо всё в крови.Но ему этого мало. Разворачивает и начинает меня душить. Из последних сил пытаюсь отбиться, однако тщетно. С каждой секундой сил остаётся всё меньше. И уже проваливаясь в бездну небытия, чувствую, как прохладная цепочка обвивает мою руку. Укус и. Неожиданно хватка пацана ослабевает. Глядя на меня своими маленькими изумлёнными глазками, несостоявшийся убийца оседает на пол. В его кровоточащей шее торчит лезвие ожившего в моих руках дреда. 3. Несказка - Плохая идея! Очень плохая идея! - Мэдлин трясущимися руками помогает мне вытащить на балкон тяжелое тело несостоявшегося убийцы. Ледяной ветер пронизывает насквозь, но я не чувствую холода. Я сейчас вообще ничего не чувствую. В голове пульсирует лишь одна мысль: надо как можно быстрее избавиться от трупа, иначе нас самих отправят к Отару. Что-то подсказывает мне, что Дэус Карл с удовольствием лично свернёт мне шею, если узнает, что я убила одного из его воспитанников. И попробуй доказать Верховному воину, что это не я продырявила парню горло, а дред сделал это сам. Всё равно не поверит. Мы с трудом вытаскиваем тело на обледенелый балкон. На наше счастье окна спальни выходят на обрыв. Смотрю вниз на бушующие волны Северного океана. Высота такая, что тут же отступаю назад. Ненавижу высоту. - Они будут его искать! - в голосе соседки отчётливо слышатся нотки приближающейся истерики. - Воины всегда ценнее шатер. Нас обеих убьют! Нас точно убьют! - Заткнись. Лучше помоги его поднять. Кое-как с грехом пополам нам удаётся затащить мальчишку на перила. Переглядываемся с Мэд, а затем, не сговариваясь, сбрасываем тело в бушующую бездну. Отступаем. Также не сговариваясь бросаемся в ванную, хватаем тряпки и начинаем с остервенением оттирать кровь: с пола, со стола, с балкона, с перил. Когда от кровавых пятен не остаётся и следа, Мэдлин бросает хмурый взгляд на меня. Подходит к столу, достаёт какую-то коробку с бутыльками и бинтами. - Садись. Понимаю, что она хочет сделать. Послушно сажусь на кровать. Мэд осматривает мой разбитый нос, вытирает кровь, делает какие-то примочки. Затем бежит на балкон, набирает в платок снега. Кладёт мне на лицо обжигающе-холодный компресс. - Не сломан, вроде. Но синяк всё равно будет. - Скажем, что в ванной с непривычки поскользнулась и упала. - Так нам и поверят! - А чему им тогда верить? Что дред воина послушался мыслей какой-то девчонки и перерезал своему хозяину горло? Мэдлин хмурится. Она понимает, что в моих словах есть разумное зерно. - Как ты это сделала? - наконец, не выдерживает, интересуется она. Честно отвечаю, что не знаю. - Ты его тоже выбросила? - Конечно. Зачем он мне? - вру я. Переглядываемся. Мэд делает вид, что верит мне. Молча ложимся спать, будто ничего и не было. Вот только заснуть я больше не могу. Меня всю трясёт. На всякий случай сжимаю в руке дред, который держу под подушкой. Что я дура, чтобы выбрасывать такое оружие, которое ещё, вдобавок, и слушается меня. Силы окончательно оставляют меня. Хочется плакать от страха и одиночества, но я сдерживаюсь. Потому что понимаю - слёзы уже не помогут. До меня начинают доходить слова Акрабы. Руар действительно оказался несказкой и в этой несказке мне придётся теперь жить. *** Я до сих пор не знаю, забрался ли тот парень к нам ночью по своей инициативе, или его кто-то подослал. Уж лучше бы он сделал это сам, потому что в противном случае есть все шансы, что моя жизнь в Руаре будет насыщенной, но очень короткой. Как я и подозревала, переполох начинается сразу после завтрака, когда наставники недосчитываются одного из учеников-воинов. Мэд тоже замечает нервную беготню в касте воин. Переглядываемся. Тут же отворачиваемся друг от друга. На людях мы не перебрасываемся с соседкой даже парой слов. Впрочем, в комнате наше общение многословным тоже не назовёшь. Каждая из нас вновь сама за себя. Сегодня у меня первые занятия. Наставница - строгая и чопорная шатера в возрасте дэуза Кэролайн, опрашивает меня на предмет моих знаний. Пытается определить, в какую группу шатер меня можно направить. Отвечаю рассеяно - мысли заняты другим: доживу я до завтрашнего дня или нет? Чуть позже понимаю, что зря я так поверхностно отнеслась к этому опросу и сдуру выложила всё, что знаю. А знаю-то я, как выяснилось, немало! Наш сосед - отец Марк, до того, как принял сан, был на Земле профессором. Поэтому у него даже в Катаре была прекрасная библиотека, которую я перечитала от нечего делать раза на два. Кроме этого, священник с удовольствием, когда было свободное время, занимался со мной и Анигаем. Братец, конечно, всегда отлынивал от этих уроков, а мне наоборот нравилось. Когда в Катаре появился Эван, мне позволили присутствовать на его занятиях, которые, как правило, проводились дистанционно. Их вели разные преподаватели. Они общались с мальчишкой-альтаирцем через большой экран, висящий на стене классной комнаты. Чего удивляться, что благодаря всему этому у меня в голове скопилась за все эти году куча разрозненных знаний. Если прибавить сюда ещё мою склонность к языкам (знаю межлингву, язык землян (особенно матерный), вдобавок вполне сносно изъясняюсь на альтаирском (спасибо Эвану), то становится понятно, почему Дэуза Кэролайн выходит из класса в полной растерянности. *** - Я не знаю, что делать с этой девочкой, Глэдис! - в растерянности докладывает Дэуза Кэролайн. - У неё явно не дарийское образование. Но что ещё хуже - оно не женское! Ощущение, что её воспитывали как мальчишку-землянина. Она знает такие вещи, о существовании которых женскому уму и подозревать не положено! Она изучала геометрию! Физику! При этом у новенькой полный пробел в знании истории Дарийской династии! Полностью отсутствует знания придворного этикета и прочих основополагающих дисциплин, которым обучают шатер на самом первом уровне. Я в растерянности! Я не знаю, на какой уровень её определить. - Вот и займись этим. Заполни пробелы. Пусть пока побудет на индивидуальном обучении. Как только знания Адамаск выровняются, отправишь к ровесницам-шатерам. По Дэузе Кэролайн заметно, что она не в восторге от приказа Верховной ведуньи, но перечить - значит рисковать жизнью, поэтому шатера-наставница в ответ лишь склоняется в покорном поклоне. - Как скажите, Дэуза. Громкий стук в дверь заставляет прервать разговор. На пороге запыхавшийся наставник-воин. - Простите за беспокойство, дэуза, - мужчина склоняется в поклоне, - но. - Надеюсь, у тебя что-то очень срочное, Феликс, раз ты осмелился прервать наш разговор, - недовольно отзывается старуха. - Мы нашли сбежавшего мальчишку. - И где же, интересно знать? - Его тело только что выбросило на скалы. Верховная ведунья удивлённо приподнимает бровь. - Он что, сбросился в океан? Наложил на себя руки? Это уже что-то новенькое! Воин хмуро качает головой. - У мальчишки перерезана шея. Это убийство, моя дэуза. Но Вы не извольте беспокоиться, Верховный воин сказал, что знает, кто это сделал. Виновного ждёт смерть. - Что ж, всё правильно, - тонких губ Глэдис касается лёгкая усмешка, она оборачивается к шатере-наставнице, - так на чём мы остановились, Кэролайн? *** Я уже окончательно запуталась, куда меня тащит взволнованная Мэд. Бесконечные коридоры, комнаты, наконец- старая картинная галерея. На стенах картины разных эпох. Одни женские портреты. Шатеры - догадываюсь я. Видимо, лучшие из лучших, раз их решили увековечить кистью художника. Мельком замечаю, что один из портретов почему-то закрыт плотной тканью. Хочу подойти поближе - разглядеть, но Мэдлин не даёт. Похоже, моя соседка вновь близка к истерике. - Что нам делать?! Дэус Карл приказал обыскать все комнаты, окна которых выходят на океан, - Мэд вцепляется в меня мёртвой хваткой. Её модно коротко стриженные волосы, кажется, от ужаса стоят дыбом. Делаю попытку успокоить её, заранее не особо веря в успех. - Абсолютно ничего! Запомни раз и навсегда: этой ночь ты просто крепко спала. Ничего не видела, и не слышала! - Предлагаешь соврать Верховному воину?! - в голосе юной шатеры звучит неподдельный ужас. - А у нас что, есть выбор? В конце концов, это не мы с тобой заявились ночью в касту воинов и устроили там погром! И дыши глубже. Обычно это помогает. Загнанная в угол Мэдлин, и правда, начинает глубоко дышать, пытаясь взять себя в руки. - Это всё неправильно! Это всё не по правилам! - нервно шепчет она. - Да плевать я хотела на все эти ваши дурацкие правила! Толку от них пока никакого! - огрызаюсь я, подходя к завешенному портрету. Прежде чем испуганная Мэд успевает меня остановить, стаскиваю к картины покрывало. - Не смей! Его нельзя трогать! - только и успевает воскликнуть соседка. Но поздно. Я уже с неподдельным изумлением взираю на портрет безумно красивой девушки в алом платье, в которой, признаться, не без труда узнаю. собственную мать. Мэд выхватывает у меня покрывало, торопливо завешивает портрет обратно. - Это Акраба? То есть. - вспоминаю имя, которым Глэдис называла мою мать в ту злополучную ночь. - Это Таисья? Шатера бросает на меня испуганный взгляд. - А ты откуда знаешь? Ты же новенькая! - Почему её портрет висит здесь? Заметно, что Мэдлин колеблется. Наверное, в другой ситуации она бы не ответила на мой вопрос, но сейчас, когда мы обе с ней по самое "не хочу" в неприятностях, соседка решает нарушить ещё одно правило Руара и. посплетничать. - Таисья было одной из лучших шатер за всю историю Руара. Её прочили большое будущее, но вместо этого она. Мэдлин затихает, не отваживаясь произнести вслух, что за номер выкинула моя мамаша, из-за чего мы с Анигаем родились в проклятом промозглом Катаре, а не в сытом Руаре. - Что она сделала, Мэд? Шатера оглядывается, переходит на шепот. - Она осмелилась бросить вызов самому императору! - Чего?! Я просто отказываюсь в это верить! Чтобы беспутная Акраба, у которой отродясь не было никаких амбиций и все мысли всегда были заняты только тем, как бы раздобыть эль и тандурим, пошла против самого Дэмониона?! Такого просто не может быть! - В День солнцестояния Таисья вышла на Плато Семи ветров и затребовала Жезл власти! - завороженным шепотом с воодушевлением рассказывает Мэд. - Она хотела стать соправительницей Дария! Представляешь?! Простая шатера могла бы стать императрицей! - Ну и как? Получилось? - скептическим тоном интересуюсь я, заведомо зная отрицательный ответ. - Почти, - уклончиво отзывается Мэд. Её ответ вгоняет меня в ступор. Что значит "почти"?! - Таисье удалось удержать Жезл пару секунд, но потом. Жезл власти всё же отторг её. Рука, которой она держала Жезл, начала каменеть. Как только это произошло, император добил Таисью огненным шаром. Ей оторвало руку. Говорят, шатера умерла в страшных муках на глазах у всего народа. Её смерть была назиданием для всех тех безумцев, кто ещё мечтал покуситься на второй трон. После того случая больше не было ни одного желающего попробовать взять в руки Жезл Власти. М-да. Сдаётся мне, что я всё же не очень хорошо знала собственную мамашу. - Если она была такой проблемной шатерой, почему эту картину отсюда не сняли? Мэдлин смотрит на меня, как на сумасшедшую, которая только что сказала откровенную крамолу. - Ты что?! Как можно?! Это же история Дария! К тому же, для нас шатер Таисья - легенда! Она была лучшей! Самой храброй! Самой отважной! - . дурой, - тихо добавляю я. Вот кто мамулю просил так выпендриваться? Чем её плохо жилось в Руаре?! Трон ей, видите ли, подавай! Себе жизнь испоганила и нам судьбу подгадила так, что дальше просто некуда! Интересно, повторила бы Мэд свои восторженные слова о моей мамочке, если бы увидела беспутную Акрабу пьяной и грязной в кабаке Катара, когда та пристаёт к очередному мужику, предлагая свои услуги? Подозреваю, что вряд ли. Потому что моя пропитая мамуля походит в этот момент на кого угодно, но только не на легенду. *** Мы возвращаемся к себе в спальню и застываем от испуга на пороге. Возле раскрытой двери балкона стоит сам Дэус Карл. Задумчиво смотрит вдаль. Резкие порывы ветра развивают его плащ. Не надо иметь и семи пядей по лбу, чтобы понять - это начало конца. Верховный воин медленно поворачивается. Смотрит в упор на меня. - Слышал, у вас ночью был гость? На моё счастье Мэд оказывается прекрасной актрисой. Она переводит невинный недоумевающий взгляд с воина на меня. Теперь я понимаю, как она выживает здесь в Руаре. Главное правило: не показывай своё истинное лицо и не дай никому понять, что делается у тебя внутри. - Простите, Дэус Карл, я не понимаю, о чём Вы. - лепечу я и уже в следующее мгновенье чувствую, как сильная мужская рука хватает меня за одежду и тащит на тот самый злополучный балкон. Секунда и пол уходит у меня из-под ног. Верховный воин на вытянуто руке держит меня над пропастью. За его спиной стоит парализованная от страха Мэд. Она делает шаг по направлению ко мне, но я едва заметно отрицательно качаю головой. Не надо. Оно того не стоит. Я всё равно погибну. Пусть из нас двоих выживет хотя бы одна. Ледяной ветер стегает моё тело. Слышу, как внизу об острые скалы бьются мощные волны океана. Всерьёз подумываю закрыть глаза, но внезапно понимаю, что не хочу умирать во тьме и страхе. Терять мне уже всё равно нечего, поэтому я поднимаю взгляд и в упор с вызовом смотрю в лицо Верховного воина. Пусть запомнит меня такой. Может, и жила я в Катаре с опущенной головой, но погибать буду с гордо поднятой. Наши взгляды пересекаются и тогда. *** - Я не смог её убить, - ошарашенный Дэус Карл сидит в старом кресле напротив камина в каменной обители Глэдис. Его задумчивый взгляд блуждает по пламени. - Почему? Со мной такое впервые. Воин поворачивается к старухе, которая стоит неподалёку у окна. - Я уже был готов разжать руку. Я так хотел сбросить это отребье в пропасть, потому что уверен: она причастна к гибели моего воспитанника. Видела бы ты, с какой наглостью она врала мне! Да! Я хотел свернуть ей шею! И я бы с удовольствием сделал этого, но. Когда девчонка посмотрела мне в глаза. С такой отчаянной наглостью и вызовом! Вися там - над пропастью. В паре секунд от своей смерти. Глэдис, я уже видел раньше этот взгляд. Только не могу понять, где и у кого? Не знаю. Во мне что-то оборвалось. - Верховный воин затихает, словно сам пытаясь осмыслить следующие слова. Он переходит на шепот. - Я не смог разжать пальцы. Глэдис, я скажу тебе сейчас безумную вещь, но. Если бы эта пигалица полетела в пропасть, я бы бросился следом за ней. Ничего не понимаю, Глэдис! Где ты взяла её?! Кто она?! Почему у меня не поднимается рука убить эту девочку? Почему мои инстинкты кричат, что я должен защищать её даже ценой собственной жизни?! Старуха с нескрываемым интересом смотрит на воина. Его признания становятся откровением даже для неё. - Она дочь Таисьи, Карл, - наконец, отзывается Верховная ведунья. - Возможно, девочка напомнила тебе мать. Если мне не изменяет память, при других обстоятельствах, это отребье, как ты её называешь, вполне могла бы оказаться твоим ребёнком. Верховный воин медленно поднимает взгляд, тщетно пытаясь осмыслить услышанное. - Это невозможно! Таисья умерла! Там! На Плато семи ветров! В тот проклятый день! - шокированный Карл, сам того не замечая, вплотную подходит к старухе. Кажется, ещё секунда и он схватит её за грудки, чтобы вытрясти из этого ветхого тельца правду и душу. - Той Таисьи, которую ты помнишь, действительно больше нет, Карл, - усмехается Глэдис. - От неё осталось лишь изуродованное тело и сломленный дух. А ещё дети. Двойняшки. И теперь только от тебя будет зависеть, выживут они в Руаре или нет. Пытаясь переварить слова старухи, Карл вновь подходит к камину, пристально смотрит на огонь. - Значит, мальчишка тоже её сын? - Да. - Я возьму его под опеку. Тонких губ Верховной ведуньи касается едва заметная улыбка. - Я надеялась, что ты скажешь это. - Что касается девчонки. - голос Верховного воина становится жестче. - Помяни моё слово, Глэдис: хлебнём мы с этой оторвой ещё проблем. Нутром чую: она куда хуже Таисьи. Та хотя бы боялась смерти. Эта же, похоже, не боится вообще ничего. 4. Побег Ну, уж нет! Я не собираюсь спокойно сидеть и ждать, когда очередной сумасшедший решит отправить меня к Отару! Хватит с меня и сегодняшних впечатлений от висения над пропастью! И это при моей-то боязни высоты! Мечусь по спальне, собирая в дорожный мешок самое необходимое. В основном беру тёплую одежду. Не хватало ещё в Сумрачном лесу, который окружает Руар, замёрзнуть! Не забываю прихватить и парочку драгоценных украшений, которые нахожу в комоде Мэд. А что? Жить-то мне в Адейре на что-то надо будет. Хочу сбежать именно в Адейру. Я много слышала об этом удивительном городе, хоть и никогда там не была. Мой расчёт прост. Во-первых, в мегаполисе можно легко затеряться. А во-вторых. Что греха таить, в глубине души я надеюсь на чудо: вдруг всё же встречу там моего мальчишку-альтаирца, и тогда жизнь точно наладится! Уж кто-кто, а Эван меня в обиду не даст. Какой же я была дурой, что не послушалась его! Не надо мне было ехать в Руар! Надо было остаться с мальчишкой-альтаирцем. Остаться с ним навсегда. Дождавшись, когда Мэд крепко заснёт, бесшумно выныриваю из кровати. Скидываю ночнушку, остаюсь в дорожной одежде. Хватаю рюкзак, плащ и растворяюсь в темноте коридора. Конечно, по-хорошему надо бы попрощаться с братцем, предупредить его о своём уходе, но я принципиально не хочу это делать. Потому что он предал, бросил меня. Променял на свой обожаемый Руар. Вот и пусть живёт здесь как хочет, а я. Я спускаюсь на кухню. Мне везёт. Никого нет, зато ещё пылает очаг, благодаря свету которого я легко нахожу нужные мне продукты. Подыхать с голодухи в дороге тоже не входит в мои планы. Лишь после этого направляюсь к восточной стене крепости, где я видела вполне приличный лаз. Руар особо не охраняется, так как сверху он, как и любое другое поселение Дария, накрыт силовым полем, пройти через которое может только свободный человек. В Руаре таких раз - два и обчёлся! Глэдис, да Карл. Даже наставникам необходимо спецразрешение. Я - другое дело. Потому что я свободна. Спасибо Эвану. Лаз действительно имеется. Правда, расположен он несколько дальше, чем я думала. Чтобы пройти к нему, приходится пробираться через касту воинов. Здесь всегда выставлена стража, но мне удаётся пройти мимо них незамеченной. По крайней мере, я так искренне считала, до тех пор, пока за моей спиной не раздаётся сердитый голос моего несносного братца. - И далеко собралась? Медленно оборачиваюсь. Передо мной в одежде стража стоит хмурый Анигай. И угораздило его дежурить именно в эту ночь! - Ты что, совсем с ума сошла?! - шипит брат, хватая меня за руку. - Хочешь, чтобы тебя убили?! Знаешь, как в Руаре наказывают шатер за попытку бегства и вообще за любое неповиновение?! Ты серых прислужниц видела? Хочешь стать одной из них?! - Отпусти! - дёргаю руку, отступаю, а затем, без предупреждения ловко ныряю в лаз. Перепуганный Анигай, помедлив пару секунд, не выдерживает, и бросается следом. К этому моменту я уже со всех ног несусь к границе силового купола. Только бы успеть! Только бы успеть! Я точно знаю, что брат не сможет пройти через него! А смогу ли я? Этот предательский внезапно возникший вопрос заставляет притормозит буквально в метре от прозрачного мерцающего силового поля. - Не подходи ко мне! - предупреждаю брата, на автомате выхватывая дред. Змея-цепочка тут же оживает, больно впиваясь мне в кожу. - Убить - не убью, но ногу точно продырявлю! Анигая, словно завороженный, наблюдает за дредом. У брата ещё нет такого оружия. Оно выдаётся лишь ученикам-воинам, прошедшим обряд инициации. - Откуда это у тебя? И почему он. - шокированный Анигай поднимает на меня взгляд. - Значит, это всё-таки была ты? Это ты убила Мальколма? - Никого я не убивала, - огрызаюсь я, осторожно отступая назад поближе к силовому полю. - Дред это сделал сам. - Он подчиняется мыслям своего хозяина. - Да я-то откуда могла знать, что этот дред чокнулся и посчитал меня своей хозяйкой?! - срываюсь я. Понимая, что отступать мне дальше некуда, решаю рискнуть. Оборачиваюсь и, зажмурившись, дотрагиваюсь до силового поля Руара. Жду, что будет ожог, но вместо этого моя рука свободно проходит сквозь купол. Значит, Эван был прав! Моё имя и судьба переписаны и я. Я свободна! Не теряя драгоценных мгновений, тут же прыгаю по ту сторону силового поля. Анигай не успевает меня остановить. Отшарахивается от мерцающей преграды в самый последний момент. - Я свободна! Свободна! - чуть ли не визжу от счастья я, хватая рюкзак. - Прости, братец, но мне пора. Счастливо оставаться в твоём любимом Руаре! Поворачиваюсь спиной к Анигаю. Осматриваюсь: вдали, чуть севернее мерцают огоньки деревеньки. Заманчиво, конечно, но туда мне нельзя. Скорее всего, там меня будут искать в первую очередь. Остаётся лишь Сумрачный лес. Если идти по нему на юг, то рано или поздно, я должна буду выйти к Адейре. Зря я что ли в обед проштудировала учебник по географии Мэд и даже вырвала оттуда страницу с картой? Собираюсь двинуться в путь, но меня останавливает голос брата. На этот раз в нём нет агрессии. Только испуг и тоска. - Ада, подожди! А как же я? Без тебя я им не нужен. Пропади он пропадом этот Анигай! Меньше всего на свете я сейчас хотела услышать именно эти слова. Брат озвучивает то, чего в глубине души боюсь я сама, но не решаюсь признаться в этом даже самой себе. - Из тебя выйдет хороший воин. Ты сын шатеры. Они не будут разбрасываться таким потомством. - Сильно сомневаюсь, - невесело хмыкает Анигай. - Ты сама видела, как легко здесь пускают учеников в расход. Как только ты уйдёшь, они избавятся от меня. - А если я останусь, то убьют меня. Я не нравлюсь Карлу. Сегодня он собственноручно чуть не отправил меня к Отару. - Но не сделал же этого. - Подозреваю, он сам не знает, почему, - невесело хмыкаю я. - Старуха не допустит, чтобы с тобой что-то случилось, - убеждённо говорит брат. Ты ей нужна. Не знаю зачем, но нужна. Иначе бы она нас сюда не притащила. Думаю, она уже вправила Дэусу Карлу мозги. Тебе нечего опасаться. Никто в Руаре не посмеет причинить тебе зло, пока этого не допустит Глэдис. - А что мне делать, если она это всё же допустит? Или просто не успеет вовремя вмешаться? Глэдис - не Отар. Она не вездесуща! Смотрю на брата и ругаюсь про себя, на чём свет стоит. Я уже почти ушла. Почти стала свободна. Почти счастливой. Почти. Но как быть свободной и счастливой, зная, что цена этому - жизнь хоть и несносного, но родного тебе человека? *** В Руар мы с братом возвращаемся вдвоём. Анигай, ворча, тащит мою сумку. Комментарий к части Продолжение следует. 5. Пора менять традиции Дождливый пасмурный день. Ливень вперемешку с градом. Дарийская весна неторопливо вступает в свои права. Из-за разбушевавшейся непогоды занятия на тренировочных площадках под открытым небом отменены. За исключением старших воинов. Те продолжают сражаться на дредах, не замечая ни промозглого холода, ни хлещущего дождя. На душе пакостливо и тоскливо. Сижу на подоконнике. Смотрю, как по стеклу тарабанят капли. На мне красивое шерстяное платье. Новенькие туфли. Казалось бы, чего ещё желать для счастья? Я сыта. У меня есть своя комната. Тепло одета. Но. Платье колет, туфли жмут, а в роскошной спальне я не чувствую себя в безопасности. И от всего от этого на душе скребут кошки. Похоже, я зажралась. Сытый Руар куда лучше нищего Катара. Мне бы радоваться, а я. Я смотрю в окно и, кажется, что откуда-то издалека до меня доносится пронзительный звук знакомой скрипки, тоскующей обо мне. *** Сама виновата! Не досмотрела. Не могла додуматься спрятать дред куда подальше, чем под матрас! При первой же генеральной уборке его нашли серые прислужницы и отнесли Дэусу Карлу. Видели бы вы лицо Верховного воина! Думала - сразу убьёт, но вместо этого. - Как он оказался у тебя? Украдкой смотрю на Глэдис, которая стоит тут же в обители Верховного воина. Одна надежда, что старуха не даст Карлу свернуть мне шею. Хотя, если честно, с каждой секундой надежды на это остаётся всё меньше. - Я случайно нашла его! Во дворе. Хотела вам отдать, но испугалась, что вы мне не поверите. - Правильно испугалась. Я тебе не верю. Мы оба прекрасно знаем, чей это дред. Потому что у всех остальных учеников-воинов оружие на месте. - Но. Верховный воин как-то странно вертит дред в руках, хмурится, словно пытается понять, что с этим оружием не то. - Бред, - наконец, тихо произносит он, - не может быть. После чего. Дэус Карл внезапно бросает мне найденный дред. На автомате ловлю его. В это же самое мгновение Верховный воин замахивается на меня своим дредом. Всё происходит слишком быстро. Мною руководит инстинкт самосохранения, а не разум. Дредом, похоже, тоже. Потому что, оказавшись в моих руках, он оживает быстрее, чем я успеваю подумать. Отражает атаку Верховного воина. Чуть позже понимаю: это была и не атака вовсе, а так - проверка абсурдной догадки, которая посетила Карла, когда он вертел в руках дред. Наверное, Карл почувствовал, что оружие сменило хозяина. Обескураженный Верховный воин переводит вопросительный взгляд с дреда в моих руках на Глэдис. - Глэдис, что происходит? Дред не может подчиняться не воину. И тем более - женщине. - Похоже, этот дред с тобой не совсем согласен, - усмехается Верховная ведунья, которую явно забавляет происходящее. - И что с этим делать? Я не могу забрать дред, не убив его новую хозяйку, - в голосе Карла звучит неприкрытое ехидство. - Но и оставить оружие у девчонки нельзя. Это нарушение традиций и устоев Руара! Старуха лишь пожимает плечами, направляясь к двери. - Решать тебе, Карл, но на твоём месте я бы получше пригляделась к этой девчонке. Традиции можно и слегка изменить. Шатера из Адамаск, прямо скажем, с её характером-то никудышная. А вот воин.

Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати:


Ясинская яна книги

Аудиокниги по ранней прозе

Роман-фанфикшен написан по мотивам произведения С. Коллинз "Голодные игры". В основе сюжета события, описанные в финале и эпилоге трилогии. Характеры героев те же самые. Это просто четвёртая часть "Голодных игр", в которой подробнее расписывается уже известный финал. ОПИСАНИЕ СЮЖЕТА: История возрождения любви Китнисс и Пита: с момента возвращения Пита в Дистрикт 12 (после победы над Капитолием), включая события, описанные в Эпилоге книги "Сойка-Пересмешница". Автор данного фанфика выражает своё уважение автору оригинального произведения Сьюзен Коллинз и ни коем образом не претендует на извлечение какой-либо материальной выгоды с публикации данного фанфика. Этот роман просто дань уважения автору оригинального произведения. Спасибо за персонажей и вдохновение! Фэндом: Коллинз Сьюзен "Голодные игры" Персонажи: Китнисс / Пит, Хеймитч, Гейл, Эффи Рейтинг: R Жанры: Романтика, Драма, Фантастика Иллюстрации/приложения: 2 шт.

Она - нищая девчонка с тёмного Дария. Он - младший сын Императора Альтаира, живой залог хрупкого перемирия между их планетами. Они должны были стать врагами, но вместо этого. Любовь способна прорасти даже там, где царят безысходность и смерть.

  • Выбор Шатеры Часть первая_Катар92kОценка:8.00*4 Приключения, Фантастика, Любовный роман

    Референс (похожие истории): "Голодные игры", "Звёздные войны", "Игра престолов". Она - нищая девчонка с полусредневекового Дария. Он - младший сын Императора Альтаира, живой залог хрупкого перемирия между их планетами. Они должны были стать врагами, но вместо этого. Любовь способна прорасти даже там, где царят смерть и безысходность. Чтобы вновь и вновь ставить героев перед извечным выбором: долг или чувства? Иллюстрации/приложения: 1 шт.

    История о мужчине, который не может отпустить любимую жену.

    Новые книги авторов СИ, вышедшие из печати: